Усадьба Дубровицы - мобильный путеводитель
Verification: 424ddac4c9c290d4
Виктор Юрьевич Лукашевич
Князь Борис Алексеевич Голицын
и выбор невесты для Петра I

(проблема царского брака в политической борьбе 1680-х годов)
О храме Знамения в Дубровицах и его заказчике – князе Б.А. Голицыне – ходит множество легенд. Одна из них (как уверяют СМИ) пользуется популярностью среди местных жителей. Говорят, Борис Алексеевич хотел, чтобы Петр венчался в его церкви, и корона, завершающая храм, — это символ свадебного обряда. Мечта Голицына не сбылась, но необычный купол остался.
Конечно, эта гипотеза не выдерживает серьезной критики. Закладка Дубровицкой церкви произошла на полтора года позже женитьбы царя Петра Алексеевича на Евдокии Лопухиной; более того, к моменту начала строительства у молодой пары уже рос первенец – пятимесячный царевич Алексей…

Так стоит ли обращать внимание на местный фольклор? И есть ли в приведенной легенде хоть какое-то рациональное зерно?

Оказывается – есть! Суть его заключается в том, что Борис Алексеевич Голицын действительно хотел, чтобы юный Петр венчался…, но не в Дубровицах (царская свадьба могла происходить лишь в Кремле) и не на Е.Ф. Лопухиной, а на совсем другой девушке. Ведь первый брак Петра имел длительную предысторию…
В неустойчивой политической системе регентства царевны Софьи Алексеевны (1682-1689) женитьба царя Петра Алексеевича была одним из немногих легальных способов выхода из сложившегося тупика «троецарствия», знаменуя собой совершеннолетие монарха и тем самым отнимая у царевны Софьи единственный законный повод для сохранения высшей власти.

Парадоксальным образом, такая женитьба могла (в зависимости от выбора невесты) повлечь за собой как стабилизацию политической ситуации, компромисс, соглашение внутри кремлевских элит, так и новый виток конфронтации, крайнее обострение отношений группировок, сложившихся вокруг царевны Софьи Алексеевны и царицы Натальи Кирилловны.

Царевна Софья Алексеевна. Неизвестный художник, XIX век.
Государственный Эрмитаж/Википедия
Кравчий младшего царя, его «близкий советник и друг» (по выражению нидерландского резидента в Москве И. фан Келлера), князь Борис Алексеевич Голицын, «которой был всегда партии главным царя Петра Алексеевича» (по словам другого современника – князя Б.И. Куракина), не мог остаться в стороне от решения столь важного вопроса, как выбор царской невесты. Однако, за исключением одного-единственного эпизода, мы не знаем решительно ничего о задуманных им проектах и предпринятых действиях.



Портрет работы С. Ф. Александровского
(Из собр. кн. Е. А. Воронцовой-Дашковой)
Википедия
Своеобразие придворной ситуации 1680-х годов заключалось в том, что главой противоположной «партии», поддерживавшей притязания на власть царевны Софьи Алексеевны, выступал его двоюродный брат, судья Посольского, Иноземного, Рейтарского и иных приказов, боярин князь Василий Васильевич Голицын, «царственные большие печати и государственных великих посольских дел оберегатель» и проч., и проч.

Эта трагическая раздвоенность, когда политические интересы возглавляемой им «партии» были прямо противоположны устремлениям наиболее значимой фигуры в роду Голицыных, не только наложили свой отпечаток на брачные стратегии Б.А. Голицына, но и предопределили, в конечном счете, их несостоятельность.


Василий Васильевич Голицын
Википедия
Общепризнанно, что исходным толчком, побудившим окружение Петра начать поиски невесты для младшего царя, стала женитьба старшего — Ивана 9 января 1684 года на Прасковье Федоровне Салтыковой. Перспектива в скором времени заполучить наследника мужского пола для своего родного брата значительно усиливала претензии на власть царевны Софьи Алексеевны и ослабляла позиции Нарышкиных. Поэтому, несмотря на то, что Петр был на целых шесть лет младше Ивана, решено было начать поиск невесты, не откладывая дела в долгий ящик.

Причина такой спешки понятна. Поскольку брак означал формальное совершеннолетие царя Петра, он автоматически ставил под сомнение правовые основания режима регентства, что давало царице Наталье Кирилловне право требовать отстранения Софьи и поддерживавшей ее придворной группировки от управления государством. И потому, как бы ни был юный монарх далек от мысли жениться, политические мотивы требовали его скорейшего бракосочетания.
Наиболее раннее свидетельство о подготовке свадьбы царя Петра Алексеевича встречается в сочинении саксонца Георга-Адама Шлейссингера «Полное описание России, находящейся ныне под властью двух царей-соправителей Ивана Алексеевича и Петра Алексеевича» («Die gantze Beschreibung Reusslandts, wie sich dieselbige anjetzo unter den beyden Regierenden Zaaren Iwan Alexewitz und Peter Alexewitz befindet»).

Эта книга написана в модной для своего времени форме диалога двух вымышленных собеседников (Филандера и Констанса), которые обсуждают между собой обычаи, нравы, географию и климат далекой России:

«Констанс. …А у старшего царя есть ли супруга?
 Филандер. Да, у него есть жена — боярская дочь. Но наследников нет. Говорят, что младшего уже тайно обручили».

Исходя из того, что Г.-А. Шлейссингер (в русских документах – «школьный мастер» Юрий Слейзинк) покинул Москву в марте 1685 года (вместе со шведским комиссаром Кристофером фон Кохеном), историки относят появление первых слухов о готовящемся браке Петра именно к этому времени. Однако это утверждение довольно спорно. Рукопись 
Г.-А. Шлейссингера (на 74 листах, in octavo, 8°) датирована 1687 годом.
Портрет Евдокии Федоровны, первой жены Петра I.

Smoke is a collection of airborne solid and liquid particulates and gases emitted when a material undergoes combustion or pyrolysis, together with the quantity of air that is entrained or otherwise mixed into the mass.
It is commonly an unwanted by-product of fires (including stoves, candles, oil lamps, and fireplaces), but may also be used for pest control (fumigation), communication (smoke signals), defensive and offensive capabilities in the military (smoke-screen), cooking, or smoking (tobacco, cannabis, etc.).

Made on
Tilda